Опалённое детство

Опалённое детство

05.07.2019 Выкл. Автор ...

22 июня 1941 года для миллионов советских мальчишек и девчонок детство кончилось. Им пришлось узнать, что такое война, настоящая, а не та, в которую они понарошку играли во дворе. Голод, бомбёжки, похоронки с фронта, ужасы оккупации и слёзы матерей – такие совсем не детские испытания выпали на долю поколения «детей войны». История каждого из них – частичка истории великой страны, сумевшей победить в самой страшной, самой кровопролитной войне. Своими воспоминаниями о том времени с нами поделился Михаил Егорович Яскевич, долгие годы работавший в ОАО «Могилёвхимволокно».

Родом Михаил Егорович из деревни Семукачи Могилёвского района. Рос в многодетной семье, был самым младшим, седьмым ребёнком. Для деревни Семукачи и её жителей война стала большой трагедией. С июля 1941 года по 27 июня 1944-го она была оккупирована немцами. Отца Михаила Егоровича в первые же дни забрали на фронт. Старшие брат и сестра ушли к партизанам. В деревне и околицах базировался 113-й партизанский отряд Могилёвской военно-оперативной группы и Могилёвской подпольной РК КПБ (б).
В памяти остались страх и чувство голода. Мне всегда хотелось соли, она была моим спасением. Бывало, когда немцы появлялись в деревне, мать хватала меня и мы бежали прятаться в лес. Сидеть там приходилось подолгу и мне хотелось кушать. Тогда мама разворачивала тряпочку, в которой лежала горстка соли, и я ел её. Это было для меня самое лучшее угощение, – рассказывает Михаил Егорович. – Ещё одним лакомством для меня был клевер. Это было счастьем отыскать его где-нибудь в траве и скушать. Мама спрашивала: «Ты что-нибудь сегодня съел?». Ведь пищу зачастую приходилось искать самим. Говорю ей, что клевер нашёл. А она мне: «Ты съел, а мне не принёс?». И после этого у меня зародилось такое чувство глубоко внутри, что до сих пор всем делюсь с детьми, внуками и близкими, – продолжает мой собеседник. – Я не знаю, как мы выжили. Это были нечеловеческие условия. Не меньше, чем немцев, мы боялись полицаев. У нас в деревне был староста – ходил в кожаных штанах, с плетью, карабином. Он вселял страх. Свои были хуже немцев.
В феврале 1943 года всё население деревни Семукачи было отправлено в город Кричев, в лагерь смерти на территории цементного завода, и только в мае 1943-го те, кто остался в живых, смогли вернуться в свои дома.
Нас пешком зимой гнали до самого лагеря. Там разместили на огороженной колючей проволокой территории, где мы находились до самого освобождения партизанами. Чтобы не погибнуть от холода, мама прижимала меня к своей груди, и так, теплом друг друга, мы согревались.
В том, что я жив, вижу свет, солнце, небо, лето и зиму, день и ночь, хорошую погоду и слякоть, радость и горе, – это не моя заслуга. В этом заслуга моей мамы, ведь в начале войны я пешком под стол ходил и «сражался» дома. Это она закрывала меня своим телом и ставила по линии с полётом пули, чтобы одним выстрелом я был убит вместе с ней и не остался сиротой. Это она укрывала меня от холода, спасала от голода. Это она хватала меня за руку и тащила в лес при приближении немцев к деревне. Это она давала кристаллики соли, чтобы я утолил чувство голода. Соль – это жизнь, соль – это всё. И когда сейчас говорят, что соль – это белая смерть – не верю! Это на всю жизнь. Головка клевера – это спасение. Ощущение того, что съел клевер и не поделился с мамой, и сейчас на моей совести, за этот эгоизм переживаю до сих пор. Я благодарен маме, дяде Андрею, двоюродной сестре Анне Андреевне до сих пор, славу Богу, здравствующей, за то, что выжил в эти сложные годы, – рассуждает мужчина.
После освобождения Михаил Егорович с матерью вернулись в родную деревню. И, как он говорит, это было большой удачей, что полицаи не выдали немцам информацию о том, что его близкие были связаны с партизанами.
Ещё в начале войны, в 1942 году, мою сестру Марию немцы расстреляли на железнодорожном мосту реки Друть за связь с партизанами, – с болью в глазах продолжает Михаил Яскевич. – Весть о Победе для нас была незабываемой. Мы прятались в блиндаже, который располагался в конце нашего огорода, так как в этот день было особенно шумно – кругом стрельба и звуки взрывов. Как только наступила тишина, мы выбрались и от односельчан узнали, что пришли «красные». Мы смотрим – а их нигде нет. Мы же, дети, думали, что они будут в красной одежде. Потом, когда они ехали по нашей деревне, некоторые солдаты бросали нам конфеты, мы их собирали и наслаждались их вкусом и этим моментом. Когда говорили, что теперь наступит мирное время, я не представлял, как мы будем жить без страха.
После войны Михаил Егорович с остальными деревенскими мальчишками пошёл в школу. Он до сих пор помнит, как зовут ту учительницу, которая впервые научила его грамоте – Анна Филипповна Мацукова.
Однажды мама принесла домой кусочек газеты «Красная звезда» и попросила прочесть, что там написано. Я читаю «Пралетарыі ўсіх краін, яднайцеся!». А она: «Что это значит?». Я ей говорю: «Я не знаю, мама, наверное, «хавайцеся». Так глубоко в нас сидел страх. И это было моё первое знакомство с газетой, – рассказывает ветеран.

После войны Михаил Яскевич окончил семилетку, отучился в Могилёвском химико-технологическом техникуме, а затем служил в рядах Советской Армии. Трудовую деятельность в химической отрасли начал на заводе № 511. Почти 30 лет проработал в ОАО «Могилёвхимволокно». Михаил Егорович награждён орденами Трудовой славы II и III степеней. В годы работы его портрет был занесён на Доску Почёта Дружины и Аллею трудовой славы. Ему присвоено звание «Лучший наставник 1975 года». Награждён знаком «Победитель соцсоревнования 1975 года» и памятным нагрудным знаком «Узнику фашизма».
В конце нашей беседы хочется добавить… Пусть будет порядок на земле. А современные поколения не знают, что такое война и что такое горе. Спасибо вам, дорогие ветераны, благодарю вас, родных и близких, погибших на войне и при таком невыносимом труде, который спасал нас от гибели. Спасибо вам, молодые и красивые, что вы есть и что вы помните о нас. Счастья вам, мужества, терпения и любви, – заключает Михаил Яскевич.
За прошедшие годы стали невидимыми пулевые и осколочные раны на старых деревьях, постепенно притупилась боль потерь родных и близких, всё дальше уходят от нас события об этой страшной войне, перепахавшей воронками от снарядов и родную землю, и людские судьбы. Об этих событиях могут напомнить лишь их свидетели и участники, которых, к сожалению, осталось немного…


Анастасия ХАЛАНДАЧ. Фото автора.